Иногда жизнь сводится к кофе и к ощущению некоторой близости, которая возникает за чашкой кофе.
    Однажды я что-то читал про кофе. Там говорилось: кофе полезен для здоровья, он стимулирует работу всех органов.
    Поначалу такой подход показался мне довольно странным и к тому же не слишком приятным. Но со временем я понял, что в этом есть некий, свой собственный, смысл. Сейчас поясню, что я имею в виду.
    Вчера утром я пошел навестить одну девушку. Она мне нравится, хотя то, что было между нами, уже в прошлом. Ей на меня наплевать. Я сам все испортил и очень об этом жалею.
    Я позвонил в дверь и стал ждать на лестнице. Мне было слышно, как она двигается там, наверху. Она только что встала, я это понял по тому, как она двигалась. Я ее разбудил.
    Потом она стала спускаться по лестнице. Я чувствовал ее приближение своими внутренностями - каждый ее шаг встряхивал меня изнутри, приближая момент, когда она откроет дверь. Она увидела меня, и это ей не понравилось.
    Когда-то давно - на прошлой неделе - ей это очень нравилось. Интересно, думаю, куда же все подевалось? - вроде дурачком прикидываюсь.
    - Я неважно себя чувствую, - сказала она. – Нет никакого желания разговаривать.
    - Я хочу выпить чашечку кофе, - сказал я, потому что мне этого хотелось меньше всего на свете. Я произнес это так, словно прочел ей телеграмму от кого-то, кто и впрямь ужасно хотел выпить чашку кофе, кто ни о чем другом и думать не мог.
    - Ладно, - сказала она.
    Я поднялся по ступенькам следом за ней. Это выглядело нелепо. Одежда, которую она накинула на себя спросонья, еще не совсем расправилась по ее телу. Я мог бы рассказать вам, какая у нее попка. Мы пошли на кухню.
    Она сняла с полки банку с растворимым кофе и поставила ее на стол. Рядом поставила чашку, положила ложку. Я смотрел на них. Она наполнила кастрюльку водой, перенесла ее на плиту и зажгла газ.
    За все это время она не произнесла ни слова. Одежда сама легла по ее телу. А я – нет. Она вышла с кухни.
    Потом она спустилась по лестнице и вышла на улицу проверить почту. Насколько я помнил, для нее там ничего не было. Она поднялась обратно и прошла в другую комнату. Закрыла за собой дверь. Я смотрел на полную воды кастрюльку на плите.
    Я знал, что понадобится целый год, прежде чем вода закипит. Сейчас был октябрь, а в кастрюльке слишком много воды. В этом вся проблема. Я выплеснул половину воды в раковину.
Теперь вода закипит быстрее. Теперь на это уйдет всего полгода.
    В доме было тихо.
    Я посмотрел на дверь черного хода. Там были свалены мешки с мусором. Я уставился на мусор, пытаясь по содержимому мешков, очисткам и прочей дребедени представить, чем она в последнее время питалась. Ничего определенного так в голову и не пришло.
    Сейчас был уже март - вода начала закипать. Это меня обрадовало.
    Я посмотрел на стол. Расставленные там банка растворимого кофе, пустая чашка и ложка выглядели как похоронная процессия. Это были вещи, необходимые для приготовления чашки кофе.
    Когда я уходил десять минут спустя, кофе из чашки покоился во мне, как в могиле. Я сказал: «Спасибо за кофе».
    «На здоровье», - ответила она. Ее голос донесся из-за закрытой двери. Ее голос прозвучал как другая телеграмма. Теперь мне уж точно пора было уходить.
    Остаток дня я провел, не делая кофе. Это успокаивало. Потом настал вечер, я поужинал в ресторанчике и пошел в бар. Что-то выпил, с кем-то пообщался.
    Мы были людьми в баре и говорили о том, о чем говорят люди в баре: поговорил и тут же забыл. Бар закрылся, было уже два часа ночи. Пришлось выйти на улицу. В Сан-Франциско было холодно и туманно. Я удивился туману и почувствовал себя очень уязвимым человеческим существом.
    Я решил зайти к другой девушке. Мы уже год как расстались. Когда-то мы были очень близки. Интересно, о чем она сейчас думает.
    Я пошел к ней домой. Дверного звонка у нее не было. Это уже маленькая победа. Все маленькие победы надо отмечать. Я, во всяком случае, так поступаю.
    Она открыла дверь. Спереди она прикрылась халатиком. Она поверить не могла, что видит меня. «Чего ты хочешь?» – спросила она, поверив наконец, что видит именно меня. Я не ответил и зашел в дом.
    Она повернулась, чтобы закрыть дверь, и я смотрел на нее сбоку. Она не потрудилась полностью прикрыться халатиком, просто держала его перед собой. Мне была видна линия ее тела, непрерывная, от головы до ступней. В этом было что-то странное. Наверное, потому, что было уже очень поздно.
    - Чего ты хочешь? – спросила она.
    Я ответил:
    - Хочу выпить чашку кофе.
    Даже забавно – говорить, повторять эти слова про чашку кофе, которая вовсе не была тем, чего я хотел на самом деле.
    Она посмотрела на меня и отвернулась. Мое появление ее не слишком обрадовало. Вот и верь докторам, что время лечит. Я смотрел на непрерывную линию ее тела.
    - Почему бы тебе не выпить кофе вместе со мной? – сказал я. - Я хочу поговорить с тобой, мы уже давно не болтали вдвоем.
    Она посмотрела на меня и отвернулась. А я не мог отвести глаз от непрерывной линии ее тела. Плохое начало.
    - Уже очень поздно, - сказала она. – Мне нужно рано вставать. Если хочешь кофе, на кухне есть растворимый. Мне нужно ложиться спать.
    На кухне горел свет. Я посмотрел в конец коридора, где была кухня. Мне совсем не хотелось идти туда и пить еще одну чашку кофе в одиночестве. Мне совершенно не хотелось идти к кому бы то ни было и просить о чашке кофе.
    Вдруг я понял, что мой день принял форму очень странного паломничества, я совсем не рассчитывал так его провести. По меньшей мере, банка с растворимым кофе не стояла на столе, рядом с пустой белой чашкой и маленькой ложкой.
    Говорят, что весной воображение молодого человека наполняется мыслями о любви. Возможно, если у него осталось немного свободного времени, в его воображении найдется место и для чашки кофе.

   

 

    Sometimes life is merely a matter of coffee and whatever intimacy a cup of coffee affords. 
    I once read something about coffee. The thing said that coffee is good for you; it stimulates all the organs. 
    I thought at first this was a strange way to put it, and not altogether pleasant, but as time goes by I have found out that it makes sense in its own limited way. I'll tell you what I mean. 
    Yesterday morning I went over to see a girl. I like her. Whatever we had going for us is gone now. She does not care for me. I blew it and wish I hadn't. 
    I rang the door bell and waited on the stairs. I could hear her moving around upstairs. The way she moved I could tell that she was getting up. I had awakened her. 
    Then she came down the stairs. I could feel her approach in my stomach. Every step she took stirred my feelings and lead indirectly to her opening the door. She saw me and it did not please her. 
    Once upon a time it pleased her very much, last week. I wonder where it went, pretending to be naive. 
    "I feel strange now," she said. "I don't want to talk." 
    "I want a cup of coffee," I said, because it was the last thing in the world that I wanted. I said it in such a way that it sounded as if I were reading her a telegram from somebody else, a person who really wanted a cup of coffee, who cared about nothing else. 
    "All right," she said. 
    I followed her up the stairs. It was ridiculous. She had just put some clothes on. They had not quite adjusted themselves to her body. I could tell you about her ass. We went into the kitchen. 
    She took a jar of instant coffee off the shelf and put it on the table. 
    She placed a cup next to it, and a spoon. I looked at them. She put a pan full of water on the stove and turned the gas on under it. 
    All this time she did not say a word. Her clothes adjusted themselves to her body. I won't. She left the kitchen. 
    Then she went down the stairs and outside to see if she had any mail. I didn't remember seeing any. She came back up the stairs and went into another room. She closed the door after her. I looked at the pan full of water on the stove. 
    I knew that it would take a year before the water started to boil. It was now October and there was too much water in the pan. That was the problem. I threw half of the water into the sink. 
    The water would boil faster now. It would take only six months. 
    The house was quiet. 
    I looked out the back porch. There were sacks of garbage there. I stared at the garbage and tried to figure out what she had been eating lately by studying the containers and peelings and stuff. I couldn't tell a thing. 
    It was now March. The water started to boil. I was pleased by this. 
    I looked at the table. There was the jar of instant coffee, the empty cup and the spoon all laid out like a funeral service. These are the things that you need to make a cup of coffee. 
    When I left the house ten minutes later, the cup of coffee safely inside me like a grave, I said, "Thank you for the cup of coffee." 
    "You're welcome," she said. Her voice came from behind a closed door. Her voice sounded like another telegram. It was really time for me to leave. 
    I spent the rest of the day not making coffee. It was a comfort. And evening came, I had dinner in a restaurant and went to a bar. I had some drinks and talked to some people.  
    We were bar people and said bar things. None of them remembered, and the bar closed. It was two o'clock in the morning. I had to go outside. It was foggy and cold in San Francisco. I wondered about the fog and felt very human and exposed. 
    I decided to go visit another girl. We had not been friends for over a year. Once we were very close. I wondered what she was thinking about now. 
    I went to her house. She didn't have a door bell. That was a small victory. One must keep track of all the small victories. I do, anyway. 
    She answered the door. She was holding a robe in front of her. She didn't believe that she was seeing me. "What do you want?" she said, believing now that she was seeing me. I walked right into the house. 
    She turned and closed the door in such a way that I could see her profile. She had not bothered to wrap the robe completely around herself. She was just holding the robe in front of herself. 
    I could see an unbroken line of body running from her head to her feet. It looked kind of strange. Perhaps because it was so late at night. 
    "What do you want?" she said. 
    "I want a cup of coffee," I said. What a funny thing to say, to say again for a cup of coffee was not what I really wanted. 
    She looked at me and wheeled slightly on the profile. She was not pleased to see me. Let the AMA tell us that time heals. I looked at the unbroken line of her body. 
    "Why don't you have a cup of coffee with me?" I said. "I feel like talking to you. We haven't talked for a long time." 
    She looked at me and wheeled slightly on the profile. I stared at the unbroken line of her body. This was not good. 
    "It's too late," she said. "I have to get up in the morning. If you want a cup of coffee, there's instant in the kitchen. I have to go to bed." 
    The kitchen light was on. I looked down the hall into the kitchen. I didn't feel like going into the kitchen and having another cup of coffee by myself. I didn't feel like going to anybody else's house and asking them for a cup of coffee. 
    I realized that the day had been committed to a very strange pilgrimage, and I had not planned it that way. At least the jar of instant coffee was not on the table, beside an empty white cup and a spoon. 
    They say in the spring a young man's fancy turns to thoughts of love. 
    Perhaps if he has enough time left over, his fancy can even make room for a cup of coffee.